Андрей (wesservic) wrote,
Андрей
wesservic

Categories:

Фурия красного террора

Ее имя - Розалия Землячка. И им можно было бы пугать детей: настолько страшна эта дама была в своем гневе. От нее шугались даже соратники по партии, чего уж говорить о белых офицерах и интеллигентах, которых ждала незавидная участь. Красная фурия совершила столько злодеяний, от которых кровь стынет в жилах... Впрочем, об этом чуть ниже.



Итак, Розалия Залкинд (позднее по мужу - Самойлова) родилась 20 марта (1 апреля) 1876 года в семье купца первой гильдии Самуила Марковича Залкинда. Девушка окончила Киевскую женскую гимназию и медицинский факультет Лионского университета.

С 17 лет она занималась революционной деятельностью, вступила в РСДРП. Среди партийных товарищей была известна под псевдонимами Демон и Осипов. Вплоть до Октябрьской революции эта женщина нигде официально не работала. Питание, жилье, поездки за границу для распространения пропаганды и нелегальной литературы оплачивались из партийной кассы.

По-настоящему развернуться Розалия смогла именно в Крыму. Вспомним те трагические события: Белое движение повержено, последний его флагман - Крымский полуостров - пал в ноябре 1920 года. Красные сразу принялись за меры: необходимо было освободить эту территорию от "контрреволюционных элементов". И здесь в дело вошел энтузиазм нашей героини.

После появления Розалии Землячки Чёрное море у берегов покраснело от крови расстрелянных. «Бойня шла мeсяцами. Смертоносное таканье пулемёта слышалось до утра... В первую же ночь в Симферополе расстреляли 1800 чел., в Феодосии - 420, в Керчи - 1300 и т. д.», - писал историк Сергей Мельгунов, сам переживший Октябрьскую революцию, в работе «Красный террор в России. 1918-1923 гг.».



Пулемёты в Крыму работали не переставая, пока товарищ Демон не скомандовала: «Жаль на них патронов. Топить. И всё». Приговорённых к казни собирали на баржу, привязывали к ногам камни и сбрасывали в море. Часто это делалось на глазах у жён и маленьких детей, которые стояли на берегу на коленях и молили о пощаде. Но как сказал нарком просвещения Луначарский: «Долой любовь к ближнему! Мы должны научиться ненависти». Потом рыбаки, выходившие на лов, видели, как в воде стоит армия мертвецов. Розалия не только давала отмашку на уничтожение людей, но и активно принимала участие в казнях. Носилась в комиссарской кожанке с маузером на боку из города в город, из посёлка в посёлок - «фурия красного террора», как назвал её Александр Солженицын.



Ряд подчинённых Землячки, глядя на её садизм, пытались достучаться до Кремля: расстреливают всех подряд - врачей, учителей, медсестёр, больных в госпиталях, рыбаков, рабочих порта, бывших гимназистов, священников. В городах Крыма на фонарях, деревьях в парках и даже памятниках висели трупы. А вот прохожих не было - прятались. В пригородах трупы расстрелянных лежали слегка присыпанные землёй. Многих хоронили заживо. По ночам недобитые подползали к жилым домам и стонали. У Мельгунова есть показания свидетелей, которые видели расстрелянных женщин с грудными детьми. Но Ленин не думал прекращать вакханалию Землячки, ведь она воплощала в жизнь его слова о диктатуре, которая «есть власть, опирающаяся на насилие и не связанная никакими законами». В инструкциях по террору Ленин писал: «ищите людей по­твёрже».

В твёрдости Землячки, которую он лично знал 20 лет, Ленин не сомневался. И благодарил за верность: Землячка стала первой женщиной, награждённой орденом Красного Знамени.

Однако правда о крымской трагедии вскроется в тех же ­20-х гг. не только благодаря труду историка Мельгунова, но и произведению большого русского писателя Ивана Шмелёва «Солнце мёртвых». Единственный сын Шмелёва Сергей стал одной из жертв карательных акций в Крыму. Выясняя, как погиб сын и где закопано тело, писатель обратился куполномоченному ВЧК Реденсу, на что тот ответил: «Чего вы хотите? Тут, в Крыму, такая каша!..» Шмелёв пережил в Крыму и красный террор, и страшный голод - спецотряды заходили в дома, забирая запасы еды и одежду, снимая с людей последнее. Сосед Шмелёва пришёл к нему босым и в брюках в розочку - сшил из фартуков: из его дома вынесли даже старые кухаркины юбки. Оголодавшие люди с трудом передвигались, дети искали кости околевших лошадей и глодали их, как собаки. «Неужели чтобы сделать человека счастливым, для этого надо начать с человеческих боен?.. Эх, Россия! Соблазнили Тебя - какими чарами? Споили каким вином?!» - сокрушался писатель.



О «Солнце мёртвых» немецкий писатель Томас Манн сказал: «Прочтите это, если у вас хватит смелости». В книге обезумевший от голода доктор-химик создаёт свою собственную систему подсчёта количества жертв в тоннах человеческого мяса: «Только в одном Крыму, за какие-нибудь три месяца! - человечьего мяса, расстрелянного без суда, без суда! - восемь тысяч вагонов, девять тысяч вагонов! Поездов триста! Десять тысяч тонн свежего человечьего мяса, мо-ло-до-го мяса! Сто двадцать тысяч го-лов! че-ло-ве-ческих!!» Цифра 120 тысяч жертв террора в Крыму упоминается и в исторических исследованиях.

О Землячке у Шмелёва сказано коротко: «Зверь!» А в советской печати читаем: «Удивительным человеком была Землячка. Не уставала заботиться о людях. Работала, не жалея сил».

Правда, есть воспоминания большевика Султан-Галиева: «Землячка - крайне нервная и больная женщина... В Крыму буквально все работники дрожали перед ней, не смея ослушаться хотя бы самых её глупых или ошибочных распоряжений». Автора этих строк посадили и расстреляли, а Землячку чист­ки в партии не коснулись - она сама занималась этой чисткой. Наводила страх на парторганизации, приезжая с проверкой. Одна из высших должностей, которую она занимала, - зам. Председателя Совета народных комиссаров СССР. По-нынешнему - вице-премьер.



Отойдя от дел, Роза Самуиловна начала строчить жалобы на соседей по лестничной клетке. Жила Землячка в Москве, в так называемом Доме на набережной, где обитала партийная верхушка. В музее «Дом на набережной» «АиФ» рассказали, что квартира Землячки № 201 располагалась в десятом подъезде, где жил Никита Хрущёв.

О её личной жизни сведения весьма скудные. Детей не было. Удивительно, что при активной работе на благо народа в архивах сохранилось не так много её фотографий. Словно поработала чья-то умелая рука, уничтожив снимки, связанные с казнями десятков тысяч людей.

Умерла Землячка в 70 лет. И сразу же, в 1947 г., её именем назвали улицу в центре Москвы. Правда, 20 лет назад улице вернули прежнее название - Большая Татарская. Но в других городах России сотни улиц носят имя Землячки, а спешащие по ним люди не подозревают, что имеют дело с Демоном. Прах революционерки захоронен в Кремлёвской стене.



Розалия Землячка - символ ужаса, происходившего в России в те годы. Перемены не всегда бывают хорошими, а во главе лучших стремлений встают мерзавцы и фанатики. Увы, в памяти многих товарищ Залкинд останется доброй, человеколюбивой сторонницей коммунизма и близким соратником Ленина.

Страна должна знать своих героев в лицо - но и злодеев тоже. Остается надеяться на то, что преступления, совершенные против народа, не будут погребены под развалинами истории. Ибо забвение - первый шаг на пути к повторению мрачных событий тех лет.

Источник
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments